Бывшая с «довеском» для бандита

– Меня зовут Евгения, – зашипела я как кошка. – И я не ваша домработница. Я няня и гувернантка вашей дочери. А приготовление еды в мои обязанности не входит, ясно вам?

Ой, мамочки. Я это вслух сказала?

– Мне плевать, как ты называешься. Я тебе плачу. Поэтому делай, что приказано.

– Лично вы мне не платите! – Я вздернула нос, а самой хотелось отступить обратно и опереться на машину.

Работать на него?

Да ни за что!

Я уже готова сбежать отсюда прямо сейчас! Все, что меня еще держит – Маргошка.

– Какая капризная нынче прислуга пришла, – хмыкнул он. – Я ведь сумму еще даже не назвал. Так сколько же ты стоишь, киса?

– Спасибо, что помогли. Но дальше я справлюсь сама!

– Нет, – кадык кавказца внушительно дернулся. – Не справишься.

– Да чего вы прицепились ко мне?

Он улыбнулся. Красиво, соблазнительно, хищно. Обнял так, словно я его женщина. Наклонился к моему уху, обдувая теплым дыханием:

– Я не прицепился, Марианна. Все гораздо хуже, моя девочка.

——

Он появился неожиданно и спас жизнь моей дочери. Я была ему благодарна, пока не узнала кто он и зачем пришел. Но я не могу ничего сделать, я пешка в его игре. А он – кавказский палач для моей души.

- А проблем не боишься?

- А я не из ссыкливых, зайчик, - он прищурился. - Я проблемы решать умею. Так как звать?

Я усмехнулась.

Наглец, да. Красивые глаза отливали зеленым, в цвет формы.

- Меня тебе не решить, Лед. Я дочь твоего командира.

------

Наглый отвязный офицер и хорошая папина дочка.

Он любит развлекаться и прожигать жизнь между нарядами и построениями, она, видя родительскую жизнь, пообещала себе никогда не связываться с военными. Но в маленьком гарнизоне, где их заперла жизнь, им никуда друг от друга не деться. Даже если забыть приказано.

– Ах ты, зараза!

Девчонка отскочила в сторону как бешеная кошка. А на моей ладони остался красоваться след от ее зубов.

Серьезно? Кусаться?

– Я за тебя никогда не выйду, слышишь? – крикнула она.

– Да я твой царь, малыш! А ну, иди сюда!

Я схватил ее за руку и дернул на себя. Зажигать меня вздумала, зараза? Провоцировать? Ну, теперь держись!

Наташа, ты что, не понимаешь? У этих уродов был нож. Они могли тебя реально убить. Не, не доходит?

А ты что, расстроился бы? в запале съязвила я.

Бывший муж медленно и шумно выдохнул.

Наташа, это не Москва! Это Стамбул! Ты не понимаешь, да?

Я одного не понимаю. Ты здесь как оказался, а?

А я за тобой приехал, родная!

Я уволилась с работы и уехала учить турков русскому языку. И все было почти чудесно, пока не приехал мой бывший муж. Генерал Горюнов заявил, что намерен вновь на мне жениться и подчиняться - его первый приказ!

Один праздник. Один курорт. Одна девушка и один мужчина. Одна ошибка и… Один номер на двоих.

Она думает, что он самый восхитительный варвар на свете. Он уверен, что она самая красивая зануда. Но они оба загадывают свое желание в новогоднюю ночь.

Одно на двоих…

– Сегодня тебя могли продать с аукциона, как восточную девственницу, – низкий голос черноглазого кавказца завораживал, заставлял меня замирать на каждом слове.

– А ты, выходит, меня спас? – я кое-как проглотила комок, который встал в горле.

– Я тебя выбрал. Ты станешь моей женщиной. Спасение ли это?

– Почему я?!

Он подцепил мой подбородок пальцем и заставил посмотреть себе в глаза:

– Ты мне зашла. И тебя никто не будет уже искать. А значит, ты идеальный вариант для моих планов.

––

Я очнулась в машине незнакомца и ничего не помню. За окном не родной аул, а Питер. И этот черноглазый хам заявляет, что я буду ему принадлежать. Хах! А я против! Но он, похоже, действительно меня уже выбрал. Бедняга.

– А приставать ко мне тебя тоже брат попросил?

– Нет, – с хрипотцой ответил он. Снова посмотрел на мои искусанные, горящие огнем губы. – Просто совмещаю приятное с полезным.

Друг моего брата похитил меня прямо от университета.

Заявил, что мне угрожает какая-то опасность, и он будет за мной присматривать. Я не понимаю, верить или нет. Я его совсем не знаю!

С братом нет связи, а опасность я чувствую только от своего похитителя.

Опасность для своего сердца.

– А ты не много на себя берешь, кошечка? – он придвинулся ко мне вплотную.

– Лапы убери!

Я попыталась отодвинуться, но он не позволил.

Обхватил за талию ручищей, рывком подвинул к себе.

– Руки у меня сильные, да, – улыбка из ехидной вмиг превратилась в обольстительную. – И все остальное тоже не подкачало. Могу продемонстрировать хоть сейчас. В тачке места много.

––

Лет десять назад я бы от такого тембра голоса и накачанного тела просто лужицей растеклась бы.

Но именно эта, последняя десятилетка, принесла мне вначале мужа, потом сыновей-двойняшек. А потом развод.

И адские условия работы чтобы держаться на плаву и растить детей.

Но этому хаму, похоже, плевать на все. Он меня хочет.

Что ж, посмотрим, кто кого…

– Запомни, мой сахар, – огромная лапища обхватила мою шею. – Я не терплю, когда мне перечат. Я уже один раз сказал, что ты моя? Сказал?

– Сказал, – я замерла мышкой в его огромных руках.

– Во-от, – он легонько погладил кожу на шее большим пальцем. – С этого дня ты будешь послушной маленькой и сладкой девочкой. Ну, или я заставлю.

Он возник ниоткуда. Просто однажды ворвался в нашу с сыном жизнь.

Его законы меня раздражают. Я не могу привыкнуть им подчиняться. Но мне приходится, потому что я – его женщина.

Он так сказал.

А я говорю: ну-ну, бородатый, посмотрим!

– Только у меня будет условие!– видя его улыбку, я сразу же выставила ладошки вперед.

– Какое?

– Никаких этих ваших намеков про секс, понятно?

– Уговорила. Никаких намеков. Будем просто им заниматься и все. Молча!

––

Богатый. Сексуальный. И наглый до безумия.

Он предложил мне сделку: изобразить его жену перед партнерами. И в нашем договоре никаких личных отношений не значилось. Но ведь Баринов все делает по-своему…

– А ты жаркая кошечка, – глухо пророкотал Дмитровский мне в шею. – Я не прогадал. Моя будешь. Люблю таких огненных.

– Отвали, неандерталец!

– А если нет? – зажимая мочку моего уха губами, он ухмыльнулся.

– Дубину сломаю!

– Мою дубину об колено не переломишь. Не сопротивляйся, мой огонек. Твой завод – мой. Твоя фирма – моя. И ты теперь тоже моя.

––

Меня ему фактически продали. И все, что у меня было – тоже. Я знаю, что я для него как дрессированная собачка. Но вот его поступки…

Что, если Демон на самом деле не такой, каким кажется?