Исполнитель

Правда, которая всплывает на поверхность, пугает и открывает новые угрозы. Герои находятся на грани. Их судьбы переплетены, и потому всего одно неверно принятое решение может стоит им того, к чему они так стремились.

Семьи.

История, в которой главными героями выступают центральные персонажи предыдущих 6-и книг цикла "Наследие Пяти".

Тропы:

– саспенс

– обретенная семья

– неожиданная беременность

– семейная драма

– враждующие мафиозные кланы

"Ндрангете и Каморре нечего делить. Для новых Глав семья важна больше, чем деньги и власть.

Времена и в самом деле изменились."

АМЕЛИЯ

Со дня нашей помолвки прошёл практически год. Многие ожидали, что к этому времени у нас уже появится ребёнок, потому что для этого Мартин Риверо и Джузеппе Теста поженили своих наследников. Им нужно было продолжение. Наш с Сантьяго ребёнок означал бы нерушимый союз между двумя семьями. Я была согласна на это, потому что меня никто не спрашивал.

САНТЬЯГО

Амелия хотела, чтобы я трахнул её, исполняя супружеский долг, ради которого, как она думала, всё это было устроено. А мне хотелось её за совместными завтраками, хотелось слушать, как она читает свои книжки, пока я засыпаю на её коленях, хотелось чувствовать, как её теплая щека прижимается к моей спине, а руки крепко держатся за мой торс, пока я везу нас на своём байке на её любимый пляж, чтобы побыть вдвоём вдали от людей, как она это любит. Так что пока я не имел то, чего хотел, Амелия теряла возможность получить оргазм, заставивший её понять, что её место на этой Земле было разделено со мной. Всё честно: нет любви – нет секса.

ТАЛИЯ:

В какой-то момент, тогда в подвале, мне показалось, что мы были похожи. Совсем немного. Но похожи. Несмотря на то, что его глаза были залиты кровью, я видела в них блеск, когда он говорил со мной. Нам было интересно друг с другом. Только… что могло быть общего у Призрачной Наследницы и пленника её семьи?

Как оказалось, больше, чем я была способна отпустить, чтобы навсегда попрощаться с воспоминаниями о нём.

ДЭНИЕЛ:

Так или иначе, все мы хотим одного и того же – свободы.

В словах и действиях. Дома и на улице. В своей собственной голове.

Я всегда чувствовал себя свободным.

Во власти отца.

В той комнате.

После неё.

Ничто не могло заставить меня почувствовать себя запертым в клетке.

А потом появилась она.

После тяжелого расставания с мужем, мне удалось приобрести домик в деревне почти задаром. Быстро выяснилось, что новое жилье оказалось с сюрпризом. На чердаке хранится старое зеркало, которое является проходом в другой мир. И вместе с покупкой недвижимости, я получила статус Хранительницы и ведьмину силу.

АВРОРА:

С самого своего рождения я пыталась заслужить любовь близких мне людей. Никому ненужная и мечтающая лишь о том, чтобы больше не чувствовать неприязнь к самой себе, я получила его. Я думала он был моим вознаграждением, когда оказался наказанием. Феникс заставит меня заплатить и тогда я, действительно, обрету покой, но, к счастью, уже не в его руках, а в нескольких метрах под землёй.

ДОМИНИК:

Оставшись одному в окружении людей, готовых убить меня, единственное, о чём я мог думать – это как защитить свою сестру. Наш отец успел научить меня многим вещам и смерть, которую я приносил своими руками, была мелочью по сравнению с тем, что я умел делать лучше всего. Я знал, как надо обращаться с женщинами, и знал, что делать с теми, кто пытается залезть в мой дом и лишить меня тех крох, что у меня остались. Поэтому Принцессе никогда не следовало желать моей любви, потому что заполучив её, она обрекла себя на единственный способ избавиться от неё – умереть.

ДЖУЛИЯ:

Люди наивно полагали, что, будучи под защитой от окружающего мира, ты находишься в полной безопасности от всего, с чем можешь столкнуться на своём пути, но это было не так… Никто не мог защитить меня от самой себя. Я была в силах предотвратить каждую из смертей, с которой успела встретиться, но не сделала этого, и теперь этот груз лежал на моих плечах. Вера в искупление медленно исчезала, и я погрязла в боли, пытаясь любым способом избавиться от неё, пока вновь не встретила человека, в которого могла превратиться, продолжая испытывать себя.

СЕБАСТЬЯН:

Все известные мне ранее чувства покинули меня больше половины жизни назад, но это не принесло облегчения, потому что одиннадцатилетний мальчик внутри меня снова стал чувствовать и хотел исправить всё, что успел натворить за то время, пока пропадал. Я не знал, чего хотел больше. Но в одном был уверен точно. Всё, что я делал, было исключительно для моей семьи и только потому, что я не мог позволить ещё одному ребёнку умереть.