Кисло-сладкое

Славку не мучают кошмары, наоборот. Она сама плетет их жуткий узор. Дочь ведьмы, наделенная особой способностью – проникать в чужие сны и подсматривать самые сокровенные желания. Но даже она не в силах повлиять на чувства того, кого сама нарекла именем ветра. Когда-то она не смогла его простить. Вытравила из памяти, присыпала пылью забвения. Но горькая обида и жгучая любовь поднялись ураганом и вырвались на свободу, грозя разрушить всё, что ей дорого. И всё же за свою любовь Славка готова бороться, даже с тем, кого любит, – бежать босиком за ветром и лететь за ним в пропасть.Не можешь лететь – падай1 книга

Славку не мучают кошмары, наоборот. Она сама плетет их жуткий узор. Дочь ведьмы, наделенная особой способностью – проникать в чужие сны и подсматривать самые сокровенные желания. Но даже она не в силах повлиять на чувства того, кого сама нарекла именем ветра. Когда-то она не смогла его простить. Вытравила из памяти, присыпала пылью забвения. Но горькая обида и жгучая любовь поднялись ураганом и вырвались на свободу, грозя разрушить всё, что ей дорого. И всё же за свою любовь Славка готова бороться, даже с тем, кого любит, – бежать босиком за ветром и лететь за ним в пропасть.Именем ветра, дыханием леса, заклинаю тебя, уходи сероглазая боль.

Многоликий Живой сад благоухает и дарит воспоминания. Вдохни, поймай! Чувствуешь? Тягучая нежность, едкая зависть и топкая страсть: чужие жизни, чужие судьбы. Прикоснись к волшебству, загляни в яблоневый сад.

Настя не помнила дней, когда в ее жизни не было Филиппа. Даже самые глубокие детские воспоминания окрашивало его присутствие. Он наблюдал ее взросление, перетекая из статуса в статус: нянька, друг, любимый мужчина, чужой муж.

Мир вокруг менялся, рушился и возрождался, а для Насти он заключался в одном человеке. Филипп научил ее любить, слушать яблоневые воспоминания и плести венки из васильков. Не научил только быть счастливой, когда его нет рядом.

Ей пришлось постигать эту науку самостоятельно и ждать, когда поспеет самое важное яблоко.

Славку не мучают кошмары, наоборот. Она сама плетет их жуткий узор. Дочь ведьмы, наделенная особой способностью – проникать в чужие сны и подсматривать самые сокровенные желания. Но даже она не в силах повлиять на чувства того, кого сама нарекла именем ветра. Когда-то она не смогла его простить. Вытравила из памяти, присыпала пылью забвения. Но горькая обида и жгучая любовь поднялись ураганом и вырвались на свободу, грозя разрушить всё, что ей дорого. И всё же за свою любовь Славка готова бороться, даже с тем, кого любит, – бежать босиком за ветром и лететь за ним в пропасть.Именем ветра, дыханием леса, заклинаю тебя, уходи сероглазая боль.

Славку не мучают кошмары, наоборот. Она сама плетет их жуткий узор. Дочь ведьмы, наделенная особой способностью – проникать в чужие сны и подсматривать самые сокровенные желания. Но даже она не в силах повлиять на чувства того, кого сама нарекла именем ветра. Когда-то она не смогла его простить. Вытравила из памяти, присыпала пылью забвения. Но горькая обида и жгучая любовь поднялись ураганом и вырвались на свободу, грозя разрушить всё, что ей дорого. И всё же за свою любовь Славка готова бороться, даже с тем, кого любит, – бежать босиком за ветром и лететь за ним в пропасть.Не можешь лететь – падай1 книга

Если жизнь больно щёлкает по носу, а душа обрастает циничной бронёй, нужно срочно что-то менять. Причёска уже новая, любимый мужчина оказался слабаком и сбежал в закат, осталось сменить обстановку. Свежий деревенский воздух и новые впечатления – лучшее лекарство.Но стоило Наташе обрести гармонию с собой и победить соседского индюка, как в ленивые солнечные будни ворвалась… чертовщина. Ожили местные легенды, сны стали вещими, обычный чай оказался приворотным зельем.А все началось со старого дневника загадочного Рыжего.

Мечты сбываются, когда кто-то желает их исполнения больше чем ты сам. Бонусный рассказ к романам "Нарисуй Италию", "Хамелеон и бабочка" и "Анасейма".Источник иллюстрации на обложке – нейросеть Kandinsky

Майя всегда считала свою религиозную семью ненормальной и сама не верила в Бога, считая необычные способности своих родственников следствием чего угодно, но уж точно не “божьего дара”. В новом незнакомом городе она сталкивается с необычным людьми, поражающими своими способностями еще больше чем набожные родственники. И самое удивительное, заключается в том, что она сама не может претендовать на звание человеческого существа, потому что таковым не является…