Я пока поживу с вами

– Жена – это мой боевой товарищ. Мы вместе столько всего прошли… А Мышонок – моя нежная девочка. Наверное, мне нужно было встретить её именно сейчас. Чтобы не расти бок о бок, как было с Надей, а укрыть своей заботой… С нею я чувствую себя мужиком, понимаешь?

Это была запись на диктофон, которую мне включила золовка. Говорил мой муж, Виктор, тот самый «боевой товарищ», с которым, как я думала, мы вместе навсегда.

– Это он кому? – выдавила из себя, когда запись оборвалась.

– Новому своему партнёру с работы. Сволочь! – возмутилась сестра Виктора. – Мышонок, представь себе!

Я представляла. Знала, о ком речь. Маленькая блондинка, которая смотрела на мир невинными глазами.

Нежная девочка моего мужа…

От которого мне нужно бежать, как от огня.

Ведь ничего, кроме слёз, ждать от нашего брака уже не приходится…

– Для тебя не секрет, почему я женился на Лине. В пику бывшей, которую любил до чертиков.

Муж вытянул ноги перед камином, взял бокал и посмотрел на своего молчаливого лучшего друга, Льва.

– И вот теперь Нюрка вернулась и станет крестной моего сына, – продолжил он. – А что за кума, коль под кумом не была?

Услышав этот разговор, я вросла в пол. Бывшая Сергея, которая принесла ему столько боли, станет крестной матерью нашего взрослого Гордея? Почему сын мне об этом не говорил?

– Почему ты все еще с Линой? Разведись с ней и будь с Анной. Так ведь честнее, – ответил Лев.

– Потому что Лина без меня не выживет. Она вся в семье, про себя забыла совсем. Это называется ответственностью, Лева…

Я плакала и смотрела на любимого мужчину, ради которого готова была на все. Но когда узнала, как он вероломно меня предал, взялась за ум.

Теперь мы поменяемся местами. Смотреть на меня со стороны и плакать от того, что потерял, будет муж.

Которому нет прощения.

– Я должен признаться… – покаянно говорит муж, опустив взгляд.

Улыбка сползает с моего лица, потому что ничего хорошего не жду.

Это третий раз за последнюю неделю, когда он пренебрегает мною в постели.

– Я слушаю.

Голос звучит сдавленно и сипло.

– Мы с Лейлой… Чуть не переспали, – выдыхает Артур и смотрит на меня взглядом, в котором плещется боль.

Знает, что для меня это красная черта. Точка невозврата.

– Я остановился, когда мы… В общем, только целовались и все.

Они только целовались. С моей лучшей подругой. И он остановился…

Какая, к черту, разница, занялись они любовью или нет?

Я всегда была слишком принципиальна и однозначна в вопросах измены. И тогда ушла. Не зная, что скоро у нас с Артуром родится ребенок, которого мы так долго пытались зачать.

Уехала от мужа подальше, а через полгода он появился на пороге моего дома.

«Пора возвращаться, – заявил уверенно. – Растить ребенка одной я тебе не позволю».

И что мне с этим делать?

– Господи, Оля, когда ты собиралась сказать мне, что планируешь рожать?

Муж возмущается, пока я корчусь от боли. Мне не до него – я жду скорую, ведь теряю малыша прямо в эти секунды.

– Тебе сорок четыре! Хорошо, что это произошло сейчас, – продолжает распаляться Денис.

– Сейчас… когда ты сказал, что уходишь к молодой? – выдыхаю едва слышно.

Он действительно сообщил мне об этом с полчаса назад.

– Да, именно так! Не хочу быть к тебе привязанным на ближайшие восемнадцать лет…

Тогда меня увезли по скорой и ребёнка я потеряла. Потом мы с мужем развелись, хотя я уже знала, что у меня от него будет пожизненный секрет.

А именно – детей было двое и второй чудом выжил. Такое бывает, но редко.

И я сохраню эту тайну навсегда. Не хочу снова платить слишком большую цену…

… за неверность мужа.

Когда мой муж Кирилл пришёл ко мне, чтобы сказать, что он уходит, я уже всё знала…

– Пойми, это мой шанс. Единственный. Яна развелась с мужем – это же настоящий подарок судьбы…

Эту убийственную фразу он сказал своей сестре, пока я стояла, слушая его, и умирала от боли.

– Бирюков… Варю и вашу дочь я в обиду не дам! – зашипела Лизка, которая была мне как родная. – Не знаю, что тебе там за бес в седину вселился, но жене изменять не смей! Расскажешь ей и тогда вали к Яне, понял?

– В этом даже не сомневайся…

Когда он уходил, я плакала. Бывшая, которую Кирилл любил по сей день, теперь свободна. А мне остается немногое.

Выжить, выстоять, не разбиться на части.

Ведь у меня на руках дочь. И ради неё я готова на всё.

– Ну хочу я бывшую, и что с того? Фантазии о другой – это разве измена?

Слова любимого мужа, которые он произносит с вызовом, обращаясь к лучшему другу, проходятся по нервам.

У нас крепкий брак, где есть доверие и уважение. И неверности в нём места нет.

Ну, я так считала.

– Как по мне, да, измена, – отвечает Серёга. – Если Аделина узнает – не простит.

Возникает небольшая пауза, после чего Фил говорит тихо, но уверенно:

– Не узнает. А если даже так случится – будет мне зелёный свет, чтобы вернуть Настю. Знак судьбы. А то меня скоро порвёт на части от желания…

В тот день я ничем не показала, что слышала излияния мужа. Однако очень крепко задумалась о том, нужен ли моему будущему ребёнку отец, который полагает, что фантазии о другой – это не измена.

А как считаете вы?

– Да, Лида развелась и, наверное, это знак, что мы снова должны быть вместе. Нет, мам, Лине я пока ничего не говорил. Ами расстроится, что я ухожу из семьи.

Эти откровения мы с дочерью Амелией слышим, когда возвращаемся вдвоём от врача, у которого сегодня я выяснила, что беременна.

Ами понимает всё. Она вырывает руку из моих пальцев и в слезах убегает прочь. И я, как в замедленной съёмке вижу ужасное – дочку во дворе сбивает машина…

Два месяца в больнице, ещё один – дома на реабилитации, которая продлится ещё бог знает сколько.

И вот муж, который уходил к своей первой любви после её развода, возвращается с чемоданом и словами:

– Тебе нужна помощь, а мне – ребёнок, которого ты носишь. Так что я буду жить с вами, Лина.

Он сказал мне, что уходит, прямо во время родов.

Был рядом все восемь часов, а когда пришла пора сыну появиться на свет, произнёс:

– Делаю это, чтобы ты меня никогда не простила. У меня другая и я к ней ухожу. На содержание Арсения буду присылать деньги на карту.

Показалось, что боль душевная затмила физические страдания.

А Кирилл действительно ушёл. Прямо за полчаса до рождения нашего сына.

Миновало три года. Я назло бывшему мужу не стала называть ребёнка так, как хотел Кир. И назло же стала счастливой.

А Кирилл появился рядом снова совершенно внезапно и сказал:

– Жаль, но я всё ещё тебя люблю…

– Как же я тебя любил… – произносит хриплым шёпотом муж.

Парой мгновений назад он подошёл размашистым шагом, взял за подбородок моё лицо и оставил на губах такой знакомый и родной, но уже забытый поцелуй.

Мы развелись год назад, но я до сих пор с трудом говорю о нём «бывший».

– Вот и хорошо, что всё в прошлом, – шепчу в ответ, не сразу делая шаг назад.

– Хорошо, любимая, – кивает он, ухмыляясь. Обращение – как издёвка. – Говорят, ты стала мамой совсем недавно? Жаль, что я вовремя не понял, на какой дряни был женат…

Вот и славно, «любимый». Продолжай думать так и дальше. Потому что о нашем браке после твоей измены у меня точно такие же мысли.

- Я с тобой - как в тюрьме, Ир Не хочу я в сорок пять чувствовать себя за решёткой и понимать, что вот-вот сдохну!

- Это из-за неё? Той молоденькой девчонки? Ей двадцать всего, Серёж

Муж сообщил мне, что задыхается рядом, хотя мне казалось, что наш брак длиною в двадцать пять лет - это счастье.

- Да хоть сорок Она - дочь Анжелы, ее копия. Копия моей бывшей, которую я до сих пор люблю, понимаешь? Это шанс начать жизнь заново!

Муж хочет перекроить свою судьбу, а я - остаюсь за бортом.

Наш брак для него тюрьма и он хочет на свободу.

А я для него лишь досадная помеха.

От которой он готов избавиться любым способом

– Она же почти твоя крестница, Денис!

Ужас, в котором я пребываю, невозможно описать словами.

– Почти не считается, Надя, – пожимает плечами муж.

– Ты уже старая, сама говорила. А мне всего двадцать. И родить я еще смогу хоть десятерых.

Та самая «почти крестница», дочь друга семьи, которая росла на наших глазах, кладёт одну руку на плечо моего мужа, а вторую – на свой плоский живот.

– И наш с Дэнни первенец появится на свет через пять месяцев, – продолжает как ни в чём не бывало.

Только теперь я замечаю, что Вероника немного поправилась. Они что, привезли этого ребенка из той длительной командировки, в которую уезжал Денис полгода назад?

И неужели отец Вероники в курсе?

– Карин… А это не твой муж, случайно? – спросила меня напарница, когда я вернулась на работу, с которой отбегала по личным делам. – Где? – хмуро взглянула я на Валентину. – Да вот же… Тут сторис вышла, а я смотрю, вроде знакомое лицо… Она передала мне свой планшет, взглянув на экран которого я обомлела. Мой муж прогуливался по берегу океана на каком-то шикарном курорте. А рука об руку с ним шла беременная девушка. Тим приостановился, а она рассмеялась, запрокинув голову, после чего муж нежно поцеловал незнакомку. Измена, которой, наверное, я всегда ждала подспудно, всё же стала самым настоящим шоком. Но не только потому, что муж завёл себе другую семью. Он предал меня и наслаждался жизнью за моей спиной в тот момент…… когда я просила в долг у родных на ЭКО, на которое чудом уговорила мужа…